колдовство

логического, где Бог являет себя миру в парадоксаль­ном виде: «Οιι не «появляется», по показывает челове­ку, что в своей сокрытости он действует в человеческой истории». Критики обвиняют К. втом, что в постоян­ном поиске сути религиозной духовности он в каждой новой книге опровергал то, что отстаивал в предыду­щей. Одной из теологических новаций, вызвавших острые дискуссии, является «радикальная теология». Понимание религии как духовного самовыражения масс, по мнению К., меняет задачи и смысл религии. Отвергнув дихотомию «небесного» и «земного», он ищет признаки живого Бога в мирской практике лю­дей, в урбанистско-технократическом городе. Наблю­дая и анализируя леворадикальное движение амери­канской молодежи в 60-70 гг. 20 в., он приходит к мы­сли, что христианское мировоззрение не должно быть аскетически-трагическим. Он продолжает искать духов­ность в «народных религиях», в ориенталистских куль­тах. Убедившись, что восточные культы, распростра­нившиеся в Америке, превратились в часгь потребитель­ского товара, К. вновь возвращается к христианству. Неудовлетворенный поиском истинной духовности в деятельности святых-героев, святых-революционеров прошлого и настоящего (от первых христиан, во главе с Иисусом Христом, до Мартина Лютера Кинга) он об­ращает свой взор к философии постмодернизма (М. Фу­ко, Ж. Деррида, Р. Рорти). Его книги — это поиск дока­зательств существования объективного бытия Бога и неудовлетворенность этими доказательствами.

Соч. на рус. яз.: Мирской град: секуляризация и урбани­зация в теологическом аспекте. М., 1995.

Т.П. Павлова

КОЛДОВСТВО — широко распространенный в рели­гиозных культурах мира феномен насильственного воздействия на что-либо или кого-либо сверхъесте­ственными средствами. С исторической т. зр. К. при­надлежит к самым древним типам религиозности·, воз­можно, его появление было обусловлено развитием сознания членов первобытного коллектива, стремив­шихся к обнаружению и утверждению различных при-родно-общественных связей внутри обживаемого уни­версума. Понятиями, близкими К. по смыслу, можно считать магию, волшебство, чародейство, ведовство, чернокнижие и др. К. воплощается в особых операци­ях, которые совершают специалисты в данной области практической жизни — колдуны. Эти операции имеют четкую нацеленность: как правило,колдуны направля­ют свои действия против некоего избранного объекта, чаще всего против ничего не подозревающего челове­ка, стремясь подчинить его своей власти. В К. приме­няются различные природные вещества (камни, рас-
тения, части тел животных) или материальные арте­факты, подчас весьма экзотические напр., веревка, сня­тая с шеи висельника); сбор и приготовление необхо­димых для колдуна вещей могут представлять собой ритуальное действо. Все эти вещи, вырванные из своей привычной среды и помешенные в особые простран­ство и время, якобы наделяются большой колдовской силой. В ритуалах К. часто читаются различные закли­нания и заговоры, производятся какие-то специальные жесты и движения. Для помощи в поставленных зада­чах колдун, как считается, привлекает неких существ из потустороннего мира, обладающих демоническими свойствами. Непременная часть колдовского зна­ния — умение разбираться в природных явлениях, а также тонкое психологическое чутье. Процесс подготов­ки к колдовским операциям включает и подготовку са­мого колдуна (пост, ограничение в контактах и пр . С К. в народном сознании ассоциируются экстраваган­тная внешняя атрибутика (напр., наличие в жилище колдуна черной кошки, совы, черепа, «волшебных» книг, жезлов и т. п.), ночное время суток, особенности внешности колдуна (напр., разноцветные глаза, гип­нотический взгляд) и др. Наивысшее проявление вре­доносности К. — провоцирование убийства избран­ной жертвы, совершаемое, как правило, на расстоянии. Помимо этого, целями К. могут стать приведение жерт­вы в оцепенение или онемение, превращение ее в ка­кое-либо животное, перемещение в пространстве, раз­жигание ссоры, осложнение беременности и т. д. Зача­стую К. используется как эффективное средство в делах любви. Феномен К. известен на всех этапах развития религий, в некоторых случаях оно оказывается их час­тью (например, в тибетской религии бон). По отноше­нию же к развитым формам религиозности К. занимает маргинальное положение — но в таких случаях, сосу­ществуя с официально признанной в том или ином регионе религией, К. может использовать элементы этой религии (напр., христианские молитвы становят­ся в К. видами заговоров). В целом, К. представляет со­бой своеобразную субкультуру фольклорно-сельского типа. Оценки в отношении К., как правило, далеки от положительных. К. сурово осуждается в различных ре­лигиозных традициях как тяжкое прегрешение: так, по мнению христианства, занимающиеся К. продают свою душу дьяволу, нарушают социальные и моральные уста­новления. Негативно относится к К. и общественное мнение традиционных культур. В древности в разных регионах мира существовали различные меры наказа­ний за занятия К.; во многом эти меры были вызваны страхом простых людей перед колдунами, которым приписывались большое могущество в сочетании со злым нравом, способность изменять свой облик, не-

530

 

 

КОЛДУН

уязвимость, умение воздействовать на погоду, повеле­вать животными и др. неординарные качества. Сюжет­ные линии, связанные с К., имеются во всех мировых мифологиях, во многих сказках и легендах. В современ­ную эпоху К. органично вошло в массовую культуру, отчасти утратив зловещий ореол и воспринимаясь в качестве экзотической народной технологии. В 20 в. К. стало объектом научного и философского изучения, им интересуются те, кто стремится к возрождению нацио­нальных культур, а в отдельных случаях оно подается даже как символ духовного пути и постижения выс­шего знания.

С. В. Пахомов

КОЛДУН, чародей, маг, волшебник — наделенный сверхъестественными способностями человек, находя­щийся в связи с нечистой силой. В оккультизме обра­щение к тайным силам природы может осуществлять­ся через серию практических действий (магию), посред­ством использования астральной энергии, благодаря которой дух управляет материальным, природным ми­ром. Однако в силу различия представителей рода люд­ского обращение к этим тайным силам может иметь противоположные цели: либо помочь (белая магия), либо навредить (черная магия). Белый маг сознатель­но обращается к использованию оккультных знаний в добрых целях. Поэтому ему в оккультизме предписы­вается ряд требований высокого нравственного харак­тера. К. представляется либо человеком, который бес­сознательно вызывает к жизни тайные силы духа и природы и уже в силу этого может причинить вред, либо сознательно обращается к черной магии с помощью использования тайных сил во зло людям. Поэтому К. это антипод белого мага (черный маг, злой волшеб­ник). И маг, и К. осуществляют свои действия при по­мощи волевых усилий, связанных с тайными силами. Для этого и тот и другой опираются на особого рода заклинания, используют ряд магических предметов, таких, напр., как талисманы. Но если у белого мага по­добные предметы являются лишь средством и его сила заключена в нем самом, то у К. они приобретают само­ценность. Все используемые предметы К. должен сде­лать или найти сам. Процесс колдовства при этом об­ставляется целой серией условностей, нацеленых на возбуждение воли и воображения, для сосредоточения всех сил на данном предмете. Чтобы стать магом все­гда требуются значительные усилия, в т. ч. и познава­тельные, а К. в некоторых случаях можно стать, впря­мую перенимая колдовские силы от другого К. В каче­стве магических предметов К. может выступать магическая палочка, изготовленная из орешника еще не дававшего плодов, для вызова духов умерших К. из-

готавливает, напр., свечи из человеческого жира, ис­пользует гвозди выдернутые из гроба и пр. Договор К. с дьяволом позволяет ему использовать таких низших обитателей астрального мира, как элементеры (души умерших), лярвы (астральные существа, порождаемые нашими дурными чувствами: ненависти, злобы и т. п.), лекантропии (оборотни), элеменгали (духи стихий). Вызывая духов, К. очерчивает себя магическим кругом, который защищает его от враждебных ему астральных духов. Зная силу тех или иных магических предметов и обладая ими, любой человек может осознанно или случайно вызвать астральных духов, но затем не спра­виться с ними. Поэтому колдун часто может стать ору­дием в руках им же вызванных сил, тогда как белый маг господствует над ними. Наиболее распространен­ным колдовским средством являются заговоры. К их числу относятся заговоры «на смерть», когда К. пыта­ется повлиять на астральное тело другого человека, на его дух, что должно повлечь смерть жертвы, обычно настуающую от ослабления или несчастного случая. При этом в отличие от белого мага К. настолько возбуждает себя в процессе заговора, что это может привести к его собственной смерти. В оккультизме это носит назва­ние «обратного удара», когда астральное тело объекта колдовства отражает астральные молнии К. Заговоры «на любовь» осуществляются с целью возбуждения в объекте сил любви к другому человеку. Осуществляет­ся такой заговор над кровью намеченного человека, ко­торую смешивают с кровью того, кто желает приворо­жить его к себе. Имеются заговоры против боли и т. п. Важным средсгвом воздействия на астральные силы выступает талисман. В первобытном обществе К. часто выполнял функции врача-знахаря. Он мог как наво­дить порчу на людей и животных, так и избавлять их от порчи с помощью тайных сил. Выступая в качестве знахаря, К. опирался, с одной стороны, на «знание» при­чин болезни, давая собст венное объяснение ее возник­новения и протекания, а с другой стороны, возбуждая себя и других, интуитивно использовал методы психо­соматического воздействия, которые действительно могли улучшить или в зависимости от цели ухудшить состояние больного. При этом важным фактором воз­действия выступали зрители, создавая коллективный психический фон, поддерживая действия К. и усили­вая их всеобщим одобрением. Постепенно образ К. ут­рируется, теряет свой сакральный смысл. К. воспри­нимается скорее просто как деревенский знахарь, ко­торый, манипулируя травами и предметами, может заговаривать болезни. Существуют различные виды К. Это К. природные, имеющие собственное происхож­дение и родословную. К. добровольные — люди, кото­рые сознательно становятся К., проходя для этого оп-

531

 

 

КОЛЛЕКТИВНОЕ БЕССОЗНАТЕЛЬНОЕ И РЕЛИГИЯ

ределенные обряды, суть которых сводится к отрица­нию Йога и произнесению богохульных клятв, сопро­вождающихся попранием символов церкви. И, нако­нец, К. невольные, которые появляются в результате желания старого К. перед смертью передать кому-ни­будь свою силу, чтобы земля приняла его прах. Наибо­лее часто К. причиняет порчу взглядом, наговором, при­косновением, снадобьями и пр. К. вредят не только че­ловеку, но скотине и растениям, навлекая на них разные болезни, могут вызвать пожар, мор, падеж скота и смерть людей и животных. В славянской традиции К. часто приглашают участвовать в обрядах (напр., в сва­дебных) с целью оградить себя или свою семью от пор­чи. При этом К. отводится особо почетное место за сто­лом, дарится множество подарков. В волшебных сказ­ках образ К. модифицируется в волшебника, связь которого с тайной силой отходит на второй план, и он помогает герою достичь цели или препятствует этому.

В.Г. Кузнецов, В.В. Миронов

КОЛЛЕКТИВНОЕ БЕССОЗНАТЕЛЬНОЕ И РЕЛИ­ГИЯ — применение теории коллективного бессозна­тельного в сфере религии. Концепция коллективного бессознательного оформилась в аналитической психо­логии К.Г. Юнга, развивающего идеи своего предше­ственника 3. Фрейда о структуре психики. В теории Фрейда наряду с рациональными областями Эго (со­знательный центр личности) и Супер-Эго (осуществ­ляющее роль цензора, ответственного за выполнение требований культуры) существует также Ид (ОНО, или бессознательное, которое содержит вытесненные из сферы сознания предосудительные и несовместимые с моралью влечения индивида). По Юнгу, глубинные слои психики включают кроме индивидуального бес­сознательного также коллективное бессознательное — универсальную часть структуры психики, которая об­условлена биохимическим строением мозга и подобно общей анатомии человеческого тела наследуется в про­цессе эволюции и не зависит от воспитания, культур­ных традиций, происхождения, пола, возраста. Коллек­тивное бессознательное содержит инстинкты и архе­типы. Последние (как изначальные матрицы сознания, сами по себе пустые, но задающие направленность мышления) предопределяют возможность нуминозно-го опыта, провоцируют формирование определенных мифологических и религиозных символов. Так, кос­венно Юнг утверждает мысль о том, что религиозное чувство является врожденным. Теория коллективно­го бессознательного способна объяснить сходство первоначальных форм всех религиозных проявлений, поскольку на заре человеческой истории деятельность и поведение человека были в большей мере подчине-
ны бессознательному, чем рациональному мышлению. Выросшие из самых глубин коллективного бессозна­тельного архаические образы, представления воплоща­ются в форме религиозных символов, общих для мно­гих традиций повествовательных мифологических схем. По мнению Юнга, любой архаический религиоз­ный сюжет описывает состояния психики или проис­ходящие в ней процессы. Само коллективное бессоз­нательное в мифах и в религиозных верованиях пред­стает как нечто аморфное, темное, ускользающее от осмысления, как неведомая, тайная бездна, что может быть символизировано огнем или водой, первичным Хаосом. Миф о сотворении Космоса из пустоты,т. обр., отражает момент пробуждения сознания из первоздан­ной тьмы, из дремотных пучин бессознательного. Кол­лективное бессознательное воспринимается личнос­тью как чуждая ей, внешняя, отрицательная сила. На самом же деле в нем содержатся безграничные цели­тельные возможности, которые во времена кризиса и дезинтеграции сознания осуществляют его целост­ность и гармонию, поэтому часто религиозные симво­лы воды и огня амбивалентны. Стихии предстают раз­рушающими, уничтожающими все на своем пути си­лами, что особенно наглядно в эсхатологических сюжетах (см. Эсхатология). Но они являются также мощным средством ритуального очищения, уничтожа­ющим зло и грехи (двойственность образа водяного потока, обрушивающегося с небес, хорошо прослежи­вается в сюжете о Ганге, призванной на землю, чтобы омыть кости умерших и смыть грехи живых). Симво­лика очищения водой нашла отражение в обрядах хри­стианского крещения; в мусульманском омовении пе­ред входом в мечеть. В славянских ритуалах обход се­ления с факелами в руках для отпугивания нечисти также свидетельствует о вере в священную силу этой стихии. Коллективное бессознательное обладает струк­турой: как сознание имеет свой центр — Я, или Эго, (символами которого в религии могут выступать крест, мировое древо, мандала), так в коллективном бессоз­нательном существует симметричный Эго архетип «от­ражения», названный Юнгом «тенью». Наиболее удач­ным символом «тени» в верованиях является дракон, змей вод или огненный змей, чудовище, химерическое животное, природа которого неясна. Архетипический сюжет «битва героя с драконом» отражает психическую ситуацию подавления личностью собственной «тени», осознаваемой как негативная, низменная, черная душа. Однако «тень» играет компенсаторную роль в отноше­нии бессознательных устремлений индивида, поэтому ее значение может быть также положительным. Часто дракон, наряду с семантикой стихийности, буйства, раз­рушения, становится образом плодородия, блага, пода-

532

 

 

КОНГРЕГАЦИОНАЛИЗМ

телем чудесных способностей. Мотив убийства драко­на заменяется сюжетом о его приручении. Наличием двух центров (в сознании и в бессознательном) Юнг объясняет происхождение в религии двух симметрич­ных персонажей: Бога (проекция на внешний образ всего возвышенного, одухотворенного, всего положи­тельного, что есть в человеке, но не осознается им как часть самого себя) и дьявола (проекция всего низмен­ного, гадкого, что человек не желает в себе признать). Так, основные образы и символы религий, схемы ре­лигиозного поведения человека детерминированы де­ятельностью не только сознания, но и коллективного бессознательного. В структурализме у К Леви-Стросса и в «структурном психоанализе» Ж. Лакана коллектив­ное бессознательное выступает как некий объектив­ный момент в субъективных воззрениях и отражает «Порядок Порядков», некую первичную структуру, по образцу которой структурированы все явления соци­ального, культурного и природного характера. Религия ближе всего находится к изначальному Пра-коду, т. к. центральная оппозиция, определяющая схему в целом (оппозиция жизни и смерти), выражается в ее симво­лах наиболее адекватно. Совмещение понятий «кол­лективное бессознательное» (Юнга), «коллективные представления» (Э. Дюркгейма и Л. Леви-Брюля) внесло коррективы в понимание термина и способствовало появлению более широкого его значения. В культу­рологически х, иногда в религиоведческих исследова­ниях под коллективным бессознательным подразу­меваются неосознанные цели, установки и стремле­ния группы, коллектива людей, объединенных общим мировоззрением или идеологией. Архетип же пони­мается как заданный традицией образец для подража­ния, т. е. представляет собой культурно наследуемые, а не генетически обусловленные формы.

Т. И. Борко

КОНГРЕГАЦИОНАЛИЗМ, (от лат. congregatio — союз, соединение) одно из течений в кальвинизме, возник­шее в Англии во вт. пол. 16 в. как радикально-либе­ральное направление в пуританизме. Наиболее видным из основателей К. является Р. Браун, поэтому часто упо­требляется и др. название этого направления в протес­тантизме — браунизм. Браун, критикуя Англиканскую церковь (ок. 1580), высказал революционную идею о возвращении к простоте церковной жизни апостоль­ского времени. Во время Английской буржуазной ре­волюции 17 в. конгрегационалисты объединились в политическую партию и стали называться индепенден-тами. В основу концепции К. был положен принцип неприятия англиканской формы церковной жизни. Благодаря этому К. выработал характерную для него

систему существования религиозных общин — неза­висимость каждой конкретной общины верующих от светских властей и полная их самостоятельность. Каж­дая община конгрегациоиалистов автономна, своим главой считает непосредственно Иисуса Христа, и сама для себя определяет формы культа и Символ веры, вы­бирает руководителей, пастора, принимает и исключает членов, не признавая над собой верховенства пресви­терии, как у пресвит ериан (см. Пресвитерианство). Вме­сте с тем каждая конкретная конгрегационалистская об­щина согласовывает свои религиозные верования и культ с другими общинами. Призывая к возрождению раннехристианского строя религиозной жизни, конг-регационалисты первоначально полностью отвергали церковную иерархию, хотя впоследствии для унифи­кации церковной жизни был выработан некий аналог церковной власти. Конгрегационалистами себя могут считать протестанты-кальвинисты, придерживающи­еся «Савойского вероисповедания» (1658), составлен­ного по образцу кальвинистско-пресвитерианского «Вестминстерского вероисповедания», но с заменой пресвитерианского церковного устройства конгрега-ционалистским. Во в г. пол. 16 в. конгрегационалистские группы создавались в основном в Англии, в то время как пресвитерианские — в Шотландии и Сев. Англии. После основания Плимутской колонии (1620) тысячи приверженцев К. отправились в Новую Англию. В Сев. Америке поселенцы ориентировались на организаци­онные формы и дух первоначального христианства. Конгрегационалисты в каждом из поселений объеди­нялись «по договору» в общину для богослужения и изучения Слова Божьего. Расхождения в интерпрета­ции Библии приводили к некоторым незначительным различиям в организации церквей. По инициативе трех лидеров колониального К. — Д. Коттона из Бос­тона, Т. Хукера из Хартфорда и Д. Давенпорта из Нью-Хейвена — представители этих церквей собрались на совет в Кеймбридже (колония Массачусетс) в 1646; в дальнейшем эти встречи проводились ежегодно в те­чение трех лет, чтобы «подвергнуть дискуссии, обсу­дить и прояснить с опорой на Слово Божье» проблемы церковного управления и дисциплины. Результаты упомянутого совещания сведены в известной Плат­форме церковной дисциплины, где изложены основы организации церковной жизни конгрегационалистов в Америке. В 18 в. конгрегационалисты стали самой многочисленной религиозной организацией в Амери­ке. Однако в 19 столетии К. не смог развиваться про­порционально с национальным расширением. В 1891 был учрежден Международный конгрегационалист-ский совет (The International Congregational Council) с центром в Лондоне. На протяжении 20 в. конгрегаци-

533

 

 

КОНКОРДАТ

оналисты дважды сливались с родственными веро­исповедными группами. В 1931 конгрегационалис-тские церкви объединились с христианскими церк­вами — подобным же образом организованными в революционные времена религиозными объедине­ниями, сформировав Конгрегационалистскую хрис­тианскую деноминацию. В июне 1957 Конгрегацио-налистские христианские церкви и Евангелическая реформатская церковь слились в Объединенную цер­ковь Христа в Америке, которая к кон. 20 в. насчиты­вала более 1,8 млн членов. Конгрегационалисгские церкви являются активными участниками экумени­ческого движения (см. Экуменизм).

A.B. Третьяков

КОНКОРДАТ (лат. concordatum — соглашение) — международное соглашение между Апостольской Сто­лицей и каким-либо государством, регулирующее пра­вовой статус католической церкви в данной стране (ее положение, возможные привилегии, назначение епис­копов, церковная собственность, освобождение духо­венства от налогов и воинской повинности, особые полномочия церкви в вопросах семьи и брака и т. д.). В связи с двойным статусом Ватикана следует отме­тить, что субъектом такого международного соглаше­ния, как К., с церковной стороны выступает Ватикан как Апостольская Столица — конфессиональный центр и сфера компетенции папы римского в качестве главы католической церкви, а также Римская курия (церковное правительство), но не «Государство-град Ватикан», главой которого выступает тот же глава цер­кви. Органы партикулярной (местной) католической церкви не являются субъектами-партнерами при под­готовке и подписании конкордата. В широком смысле слова К. означает любую форму соглашения между Апостольской Столицей и государством либо иным субъектом международного права (Кодекс канониче­ского права католической церкви от 1983, канон 3). Пер­вым К. в полном смысле этого слова можно считать соглашение, заключенное в 1122 между римским па­пой Каликстом II и германским императором Генри­хом IV и завершившее длительную борьбу за так назы­ваемую инвеституру (лат. investio — облачаю) — пра­во и церемонию утверждения духовного лица в должности и сане епископа и аббата. В целом все К. вплоть до нач. 19 в. исходили из принципа примата духовной власти над светской. Подобную тенденцию прервали так называемые «наполеоновские конкорда­ты» (первый К. между Пием VII и Французской Рес­публикой от 1801, второй — между папой Пием VII и Итальянской Республикой от 1803). Исключительное значение придавал К. папа Пий XI (1922-1939), кото-
рый считал эту форму регулирования отношений между церковью и государством единственно верной и по­лезной для католической церкви. Заключавшиеся в теп период К. — с Латвией (1922), Баварией 1924), Поль­шей (1925), Румынией (1927), Литвой (1927), Прусси­ей (1929), Италией (1929), Германией '' 1933), Австрией (1933), Югославией (1935) и лр. — имели статус меж­дународных документов, а обе стороны формально выступали в них равноправными субъектами между­народного права. В России, где после манифеста Ека­терины II от 4 дек. 1762, приглашавшего иностранцев на жительство, и после трех разделов территории Польши в кон. 18 в. в числе подданных империи ока­залось несколько миллионов католиков латинского об­ряда. Функционированию самостоятельной католичес­кой церковной иерархии на основе соответствующей нормативно-правовой базы должен был служить К., за­ключенный в 1847. Однако Россия в 1865 расторгла К. Анализ содержания заключаемых Апостольской Сто­лицей после II Ватиканского собора (1962-1965) дву­сторонних документов свидетельствует о селективном подходе Ватикана к политике соглашений, а в итоге — о значительной плюралистичное™ этой политики. Именно таково содержание десятков заключенных с сер. 1960-х 20 в. по нач. 2000-х гг. К. — с Испанией (1978), Перу (1980), Италией (1984), Мальтой (1985), Польшей (подписан в 1993., ратифицирован сеймом Польши в 1998), Словакией (1998) и др. государствами. Статус К. как разновидности международного соглашения офи­циально был признан Венской конвенцией 23 мая 1969.

Ф.Г. Овсиенко

КОНСТАНТИНОВ ДАР — сборник документов, сфаб­рикованных в Риме во вт. пол. 8 в. во времена папы римского Стефана II или его брата Павла I. Согласно К. д. император Константин в благодарность за то, что папа Сильвестр I помог ему исцелиться от проказы, предоставил последнему и всем его преемникам при­мат над четырьмя восточными патриархами, а также императорские регалии, т. е. политическое верховен­ство над всей западной частью Римской империи. Од­нако, сохранив церковный примат, папа будто бы не принял императорские регалии, хотя в случае прекра­щения императорской власти папа автоматически ста­новился преемником императорского достоинства. Следовательно, посредством К. д. папство стало пре­тендовать на правопреемственность от Римской импе­рии. Именно в этом документе, называемом также «Constitutum Constantini», папа был назван единствен­ным наместником Иисуса Христа на земле, vicarius filii Dei. К. д. был затем дополнен другим фальшивым до­кументом (сфабрикован между 847 и 852 на террито-

534

 

 

КОНСТАНТИНОПОЛЬСКАЯ ПРАВОСЛАВНАЯ ЦЕРКОВЬ

рии Реймского архиепископства, составителем кото­рого был некто, скрывавшийся под псевдонимом Иси­дор Меркатор) —сборником вымышленных папских посланий и решений церковных соборов, приписан­ным ученому-энциклопедисту 7 в. Исидору Севиль-скому. «Лжеисидоровы декреталии», вошедшие в свод канонического права, утверждали независимость папы от любой власти на земле и его право осуществлять свои деяния, не считаясь со светскими владыками. Подложные декреталии включали и подделку, пове­ствующую о К. д. Согласно декреталиям без соизволе­ния папы не может состояться ни один собор, ни одно решение собора не может быть приведено в исполне­ние. Т. обр., власть папы в церкви стала выше даже Все­ленских соборов, а в церкви утвердился монархический принцип организации. Появление этих фальшивых документов позволило подвести юридическое обосно­вание, хотя и задним числом, под создание Папского государства. Сомнения в подлинности этих докумен­тов усилились в кон. 10 в. В документе, выпущенном канцелярией германского императора Римской импе­рии Оттона III, опровергалась подлинность К. д. Оттон III в дипломе о дарении восьми графств в Пен-таполисе папе Сильвестру II заявлял, что именно он, римский император, есть полный хозяин мира, а К. д. является фальшивкой, сфабрикованной дьяконом Иоан­ном. Но лишь в 15 в. Лоренцо Валла (1407-1457) в «Рас­суждении о Константиновом даре» неопровержимо до­казал его подложность. Теолог и философ Николай Ку-занский (1401-1464) также высказывал сомнения в подлинности этого документа. В 15 в. католическая цер­ковь была вынуждена признать фальсификацией и «Лжеисидоровы декреталии». В России К. д. был вклю­чен в 1551 в церковный памятник — «Стоглав». Пат­риарх Никон не сомневался в подлинности К. д., к ко­торому апеллировал в своих попытках поставить власть священства выше царства. В своих ответах на соборе 1666-1667 он заявлял, что Константин Великий дал папе Сильвестру все папские регалии, Рим со всей об­ластью в управление, а сам переселился в Константи­нополь. (См. также: Трон и алтарь, Симфония властей.)

Л.А. Андреева

КОНСТАНТИНОПОЛЬСКАЯ ПРАВОСЛАВНАЯ ЦЕРКОВЬ — одна из древнейших автокефальных православных церквей. Другое ее название — Вселен­ская православная церковь, или Вселенский Патриар­хат. История Константинопольского патриархата на­чинается с 330, когда на месте древнего селения Визан­тии был основан город Константинополь. Значение Константинопольской кафедры постоянно возраста­ло, и со временем она стала «первой по чести» среди
других православных церквей. Константин Великий (ок. 285-337; с 306) в гражданском отношении разде­лил всю империю на четыре префек туры: Восточную, Иллирийскую, Италлийскую и Галльскую, которые, в свою очередь, разделялись на диоцезы, или округа, ди­оцезы — на провинции, или епархии, провинции — на парикии. Было устроено и церковное управление: епископы малых городов с прилегавшими к ним села­ми и деревнями, т. е. епископы парикий, подчинены были епископам провинциальным, или митрополитам. Митрополиты подчинялись патриархам. Положение патриарха Константинополя оказалось более высоким, чем положение патриархов Александрии и Антиохии. У него появилось «преимущество чести» вследствие политического значения Константинополя как столи­цы императоров. С 7 в. только константинопольский патриарх обладал самостоятельной властью в своем округе и имел решающий голос в делах общецерков­ных. Ему были подчинены церкви во Фракии, Малой Азии и Понте. Он возглавлял церковь в Восточной Рим­ской (Византийской) империи. Уже в древности управ­ленческая структура К. п. ц. была очень сложной. Она состояла из должностных лиц, разделявшихся на де­вять пятериц; принадлежавшие к первой пятерице имели особенно важное значение в церковном управ­лении. Это — великий эконом, великий сакелларий, великий скевофилакс, хартофилакс и сакеллий. Они были начальниками особых присутственных мест — советов. Совет великого эконома заведовал всеми цер­ковными доходами и расходами. Великий сакелларий управлял монастырским хозяйством и наблюдал за нравственной жизнью монахов. Великий скевофилакс отвечал за всю церковную утварь в Константинополь­ской церкви и в патриаршей епархии, и наблюдал за благочинием в храме. Хартофилакс со своим советом заведовал всеми делами по администрации и суду пат­риаршей епархии. Эта должность была самой важной при патриархе. Сакеллий со своим советом заведовал приходскими церквами, наблюдал за их хозяйствен­ной частью, за исполнением своих обязанностей при­ходскими клириками. Должностные лица прочих вось­ми пятериц в большинстве своем были помощниками высших церковных сановников — членами или писца­ми их советов; немногие из них имели самостоятель­ный круг деятельности. Высшим церковным органом при патриархе был Патриарший синод. В его состав вхо­дили митрополиты и архиепископы патриархата, вели­кий эконом, великий сакелларий, великий скевофилакс, хартофилакс и сакеллий. Хартофилакс в отсутствие пат­риарха занимал его председательское место, заведовал всем делопроизводством и все решения и распоряже­ния синода, утвержденные патриархом, скреплял сво-

535

 

 

КОНСТАНТИНОПОЛЬСКАЯ ПРАВОСЛАВНАЯ ЦЕРКОВЬ

ей подписью и печатью. При нем была учреждена долж­ность экзархов. Они исследовали нравы и поведение монахов, поведение епископов и клира и в случаях зло­употреблений подвергали их нравственным наказани­ям. После прекращения литургического общения с Римом в 1054 К. п. ц. стала первой среди церквей ви­зантийской традиции. В 1453 Константинополь был захвачен турками. Они наложили на христиан целый ряд ограничений, а патриарха сделали главой много­национальной православной общины Османской им­перии, за что приходилось платить дорогой ценой. После завоевания Константинополя турками патриар­хом был выбран известный ревнитель православия Ген­надий (1453-1459). Монахи и клирики выступили про­тив него, когда он начал искоренять симонию. В 1464 Геннадий сложил с себя сан и умер в том же году. Гре­ческая церковь причислила его к лику святых. При пат­риархе Максиме (1476-1483), прозванном Философом, церковь обрела спокойствие. Он отличался даром про­поведничества, заботился о нравственном просвеще­нии народа. Был также причислен к лику святых. Иере­мия II, по прозванию Транос (светлый), был выбран в 1572 и оставался патриархом до кон. 1579. Он созвал собор для борьбы с симонией. В 1579 он был низложен по распоряжению султана. В 1580 Иеремия II был вос­становлен на патриаршем троне. Позже он был сослан на о. Родос. В 1587 возвратился из ссылки. В 1588 Иере­мия отправился в Россию, где дал согласие на установ­ление патриаршества в Русской православной церкви. Паисий II занимал константинопольскую патриаршую кафедру с 1726 четыре раза. Он издал соборное поста­новление о низшем клире, согласно которому в свя­щенный сан возводились только люди образованные, причем за нарушение этого постановления определя­лось наказание. В 1764 на константинопольский пре­стол вступил патриарх Самуил I. Он провел ряд реформ. Патриарх добивался главенства Константинопольской патриархии над другими восточными самостоятельны­ми церквами. Так в 1766 подчинил К. п. ц. автокефаль­ную сербскую Ипекскую архиепископию, в 1767 — Ох-ридскую в Болгарии. В 1768 Самуил был низложен си­нодом из-за его излишней строгости. В 1772 он во второй раз занял престол, но через год снова оставил, уехал на о. Халки и прожил там до самой смерти (1780). Много бедствий испытал патриарх Григорий V. Он всту­пил на кафедру в 1798 и занимал ее полтора года. Си­нодальных архиереев, заботившихся об удовольстви­ях собственной жизни, он выслал в их епархии, оста­вив при себе лишь немногих, чем нажил массу врагов. Противники оклеветали его перед правительством. После этого он был низложен и отправлен на о. Афон. В 1806 — приглашен на патриарший престол вторич-
но, но через два года — снова низложен. В третий, по­следний, раз был избран в патриархи в 1818 и низложен во время антитурецкого восстания в апр. 1821. Затем, после допроса, был повешен в воротах патриархии. Тело Григория V было погребено в Одессе, а позже тор­жественно перенесено в Афины. Синодальные и дру­гие архиереи, находившиеся в Константинополе, были либо заключены в тюрьмы, либо казнены. Вообще во время восстания турки казнили до восьмидесяти мит­рополитов, архиепископов и епископов. Казненных из низшего духовенства можно исчислять сотнями. С 1453 Константинопольский патриархат существует на территории мусульманской Турции, где имеет 6 епар­хий, 10 монастырей и 30 духовных школ. Резиденция патриарха с его управленческими структурами распо­ложена в предместье Стамбула — Фанаре. Как и преж­де, у К. п. ц. сохраняются сложные отношения с турец­ким правительством. В сер. 90-х гг. 20 в. светские влас­ти пытались перенести центр церкви из Фанара за пределы Стамбула. Численность православных в Тур­ции — ок. 3000, в основном — это греки. Большая часть епархий К. п. ц. находится за пределами этой страны — в Западной Европе, Америке, Азии, Австралии. Юрис­дикция К. п. ц. включает такие церковные области, как Афон, Финляндская автономная церковь, Критская цер­ковь. В Москве действует подворье Афонского Панте-леймонова монастыря при храме Священномученика Никиты за Яузой. Общая численность последователей К. п. ц. в мире составляет 3 млн человек. С 1991 К. п. ц. возглавляет Патриарх Варфоломей. Его полный ти­тул — Святейший архиепископ Константинополя — Нового Рима, Вселенский Патриарх. Богослужения в большинстве епархий Константинопольской патриар­хии совершаются по григорианскому календарю (по «новому стилю»). Монастыри Афона и некоторые при­ходы Парижской русской архиепископии пользуются юлианским календарем («старым стилем»). Однако бо­гослужения пасхального цикла все православные цер­кви совершают в одни и те же дни; исключение со­ставляет Финляндская церковь, празднующая Пасху одновременно с христианами Запада. В храмах Кон­стантинопольского патриархата богослужения ведут­ся на греч. языке, а в эмигрантских епархиях (русских, украинских, карпаторосских и др.) — на церковносла­вянском и национальных языках, в т. ч. на основных западных. В Финляндской церкви служат на финском и карельском языках. С 1965 К. п. ц. частично восстано­вила отношения с Римско-католической церковью. В настоящее время К. п. ц. продолжает поддерживать братские отношения с другими православными церк­вами, в т. ч. и с Русской православной церковью. Все­ленский патриарх Варфоломей посетил Русскую пра-

536

 

 

КОНТРРЕФОРМАЦИЯ

вославную церковь в качестве гостя в 1993. Однако в связи с распадом СССР эти отношения осложнились. В Русской православной церкви наметилась тенденция децентрализации. Во вновь созданных республиках (таких, как Эстония, Молдавия, Украина) среди части православного духовенства появилось стремление от­делиться от Московской Патриархии. Вселенский пат­риарх пытается поддерживать их.

А.Н. Лещинский, Л.А. Лещинский.

КОНТ (Comte) Огюст (1798-1857) — французский фи­лософ, основатель позитивизма. Учился в парижской Политехнической школе, в 1817-1824 работал в каче­стве секретаря у Сен-Симона, затем приступил к чте­нию лекций о «позитивной философии». В основе фи­лософии К. лежит «закон трех стадий», описывающий интеллектуальную эволюцию человечества. По его мне­нию, первая стадия этой эволюции должна быть оха­рактеризована как теологическая, вторая — как мета­физическая, третья (окончательная)— как научная (ичи позитивная). По К., теологическая стадия соот­ветствует младенческому состоянию человеческого ума, который в своем стремлении отыскать начала всех ве­щей связывает происходящие в природном мире со­бытия с деятельностью особых сверхъестественных существ, во многом подобных людям. Теологическую стадию К. подразделяет на три ступени: фетишизм, по­литеизм, монотеизм. На метафизической стадии при­чинами всех событий объявляются абстрактные сущ­ности. Позитивная стадия характеризуется отказом от исследования неразрешимых вопросов о сущности вещей; задача науки — описание явлений и установ­ление законов. Наука, приходящая на смену теологии и метафизике, должна рационально предвидеть буду­щие события, принося тем самым практический эф­фект. В поздний период своего творчества К. выдви­нул учение о «религии человечества». По его мнению, только Человечество является подлинным «Великим существом», которому следует возносить молитвы, по­нятие «Человечество» должно навсегда заменить «уста­ревшее» понятие «Бог». Согласно К., новая религия ос­вящает позитивистскую мораль, главный девиз кото­рой — «жить для других».
Осн. соч.: Курс положительной философии. Т. 1. СПб., 1900; Cours de philosophie positive. Т. 1-6, P., 1830-1842; Systeme de politique positive. Т. 1-4, P., 1851-1854.

A.A. Кротов

КОНТРРЕФОРМАЦИЯ — комплекс мер, предприня­тых в ходе реформ Римско-католической церкви в 16-17 вв. и направленных на подавление протестантской Реформации. Целью К. было восстановление позиций,

утраченных католицизмом в ряде европейских стран в нерв. пол. 16 в. Термин «К.» введен нем. историком Леопольдом фон Ранке. Католицизм пассивно отреа­гировал на распространение Реформации. Несколько десятилетий с его стороны не было адекватного отве­та на проповедь протестантов. Католическое возрож­дение, особенно заметное в Испании и Италии, при­вело при папе римском Павле III к усилению противо­действия католиков протестантскому прозелитизму. Между протестантами и католиками возник острый конфликт, который не затухал вплоть до Вестфальс­кого мира 1648. Тридентский собор 1545-1563 офи­циально отверг протестантские догматы. Папа Павел III, а затем и его преемники возглавили католические силы К. В сотрудничестве с ними выступили католи­ческие государи Европы, и прежде всего Филипп II Испанский (1556-1598), баварские герцоги Виттельс-бахского дома и император Фердинанд II (1619-1637). Главными орудиями К. были инквизиция, монашеские ордены (см. Ордены монашеские), Римская курия. Ин­квизиция, реорганизованная в 1542 в одну из конгре-гаций Римской курии и подчиненная непосредствен­но папе, развернула в католических странах борьбу с передовыми идеями, свободомыслием, наукой, всеми проявлениями реформационной мысли. Самое актив­ное участие в К. принял созданный в 1534-1540 мона­шеский орден иезуитов. С помощью иезуитов и дру­гих сил католической реакции папству у далось на Три-дентском соборе добиться, в частности, признания безусловного авторитета папы в делах веры, введе­ния строгой церковной цензуры, издания «Индекса запрещенных книг» и др. Решения собора стали свое­го рода программой К. Было принято т. наз. Тридент-ское исповедание веры, которое должны были подпи­сать все духовные лица; всякое отклонение от него рас­сматривалось как ересь и преследовалось. Однако Тридентский собор уклонился от решения философс­ких проблем и споров между различными школами, не желая нарушать единство церкви. В этот период, сна­чала в Италии, затем в Испании, происходит оживле­ние схоластической философии в форме томизма. Первоначально главную роль в этом процессе играли доминиканцы, затем иезуиты. В ходе К. в Риме был со­здан ряд учебных заведений для специальной подго­товки католического духовенства, направлявшегося прежде всего в страны, которые были ареной наиболее острой борьбы между силами Реформации и К. В пе­риод К. иезуиты захватили в свои руки многие ун-ты, становившиеся орудием католической реакции. К. не ограничивалась только деятельностью учреждений ка­толической церкви. Она активно проводилась также государственной властью ряда европейских стран.

537

 

 

КОНФЕССИОНАЛЬНО!· (КЛЕРИКАЛЬНОЕ) ГОСУДАРСТВО

Сторонники Реформации подвергались преследова­ниям со стороны государства: издавались специаль­ные государственные указы, требовавшие от протес­тантов возвращения в «лоно католической церкви» под угрозой высоких штрафов, изгнания из страны или даже казней. Одним из проявлений К. была борь­ба за возвращение католикам земель,утраченных ими в ходе проведения Реформации. Под знаменем К. Ис­пания вела борьбу против Нидерландской буржуаз­ной революции 16 в., Габсбурги подавляли освободи­тельное движение покоренных ими народов, боро­лись за осуществление идеи создания «мировой христианской империи» во время Тридцатилетней войны 1618-1648 и др. К. удалось остановить экспан­сию протестантизма на большей части Европы. В Испании и Италии ее успех был полным, в Ирлан­дии и Польше он был меньше вследствие того, что протестантскими идеями была охвачена большая часть местного духовенства. Провал ожидал К. в Скан­динавских странах, Англии и Шотландии: и если в Англии и Шотландии многочисленная группа като­ликов сохранилась благодаря исключительной толе­рантности верующих, то в Скандинавских странах Римско-католическая церковь полностью утратила свои позиции. Во Франции после кровопролитных религиозных войн в 16 в. был достигнут компромисс, выразившийся в Нантском эдикте (1598), который предоставлял гугенотам право свободного исповеда­ния их религии и сохранял за ними большинство граж­данских прав. В 1685 Людовик XIV отменил Нантский эдикт и изгнал из Франции тех протестантов, кото­рые отказались подчиниться католической церкви. В Германии и Австрии, где к 1550 девять десятых на­селения отошли от Рима, в ходе К. удалось остановить распространение протестантизма и отвоевать значи­тельное число верующих. Подобных успехов католи­ки добились в Швейцарии, Венгрии, Чехии и др. реги­онах Центральной Европы. В Нидерландах лояльность к Риму вынудила юж. провинции отделиться от сев. и сохранить верность Испании, в результате чего воз­никли протестантская Голландия и католическая Бель­гия. Входе Тридцатилетней войны 1618-1648 като­лицизм, казалось, торжествовал в Германии, но ситуа­ция резко изменилась, когда франц. войска по приказу кардинала Ришелье и швед, войска под водительством короля Густава Адольфа вступили в войну на стороне протестантов. Вестфальский мир (1648) закрепи;! ре­лигиозный раскол Зап. Европы. Основным следствием К. можно считать централизацию Римско-католичес­кой церкви, т. к. ее религиозная политика стала в боль­шей мере подчиняться указаниям Рима.

A.B. Третьяков

КОНФЕССИОНАЛЬНОЕ (КЛЕРИКАЛЬНОЕ; ГОСУ­ДАРСТВО — государство с доминирующим положе­нием религии и духовенства, их политическими, право­выми, экономическими и социальными привилегия­ми. В К. г. религия законодательно признана в качестве официальной идеологии, а соответствующая ей рели­гиозная организация (церковь, духовное управление и т. д.) принимает участие в решении государственных вопросов, выполняет роль обоснования политики, яв­ляется обязательным элементом государственной сис­темы образования и воспитания, пользуется исключи­тельным приоритетом и поддержкой государства, со­держится за его счет. Процесс тесной интеграции религии и государства начался в Римской империи и продолжился в Средние века. Он сопровождался воз­никновением и укреплением привилегий духовенства как сословия со своими законами и судами. Высшие церковные иерархи участвовали в управлении государ­ством, церковь обладала монополией на образование, епископы, клир и монастыри были наделены админи­стративной властью на определенных территориях. Однако, с другой стороны, это приводило к реальной зависимости церкви от светской власти. Взаимная ин­теграция религии (церкви) и государства всегда сопро­вождалась злоупотреблениями правами церковной власти и использованием религии в политических це­лях, что в 19 в. получило название «клерикализм». В настоящее время К. г. делятся на два типа: религиоз­ные государства, включая теократии, и государства с государственной религией (церковью). К числу религи­озных государств относятся Ватикан, ряд мусульман­ских государств (Иран, Саудовская Аравия), в которых ислам пронизывает все сферы государственной, обще­ственной и личной жизни, не существует разделения между государством и религиозной общиной, религией " и политикой,законом и религией,государственно-пра-вовые и религиозно-нравственные институты тесно переплетаются при доминировании духовенства. Ос­новными признаками таких государств являются: гла­венствующая роль мусульманского права в системе источников права и юрисдикции, обязанность глав го­сударств проводить в жизнь принципы ислама, нали­чие специальных религиозно-политических органов, следящих за соответствием политических решений и законодательства требованиям ислама, назначение на государственные должности только мусульман; запрет или значительные ограничения деятельности неис­ламских религиозных организаций и немусульман­ской религиозной практики. Многие исламские иде­ологи, а также ряд ученых считают, что ислам не име­ет разделения светских и духовных функций и повсюд\ способствует сохранению неразделимости религии и

538

 

 

КОНФЛИКТ РЕЛИГИОЗНЫЙ

государства, духовной и светской власти. Во многом это обусловлено длительным сохранением ислама в каче­стве основы законодательства, а также тем, что более тысячи лет светская и религиозная власти сосредото­чивались в одних руках: глава государства (халиф, сул­тан или эмир) имел одновременно и титул эмира пра­воверных. Второй тип К. г. — государства с государ­ственной религией (церковью). К ним относятся те государства, в конституциях или законодательстве ко­торых закреплены государственный (официальный, традиционный, народный) статус конкретной религии или церкви. Они делятся на два подтипа а) с государ­ственной церковью и б) с патронируемой государствен­ной религией (церковью). Первый подтип характерен для стран, где доминирующей является одна из хрис­тианских церквей (Англия, Греция, Дания, Исландия, Норвегия, Финляндия, Шотландия). Государственная церковь в большей степени зависит от государства, хотя иногда наблюдается ее стремление к независимости. Вопросы церковного устройства и управления, финан­сирование церкви и религиозного образования госу­дарство считает своим делом. Церковь является час­тью государственного аппарата в отличие от других стран, где она — часть негосударственного сектора. По­ложение государственной церкви отличается от поло­жения свободных церквей. Наиболее характерными при­знаками таких государств являются: совмещение по­ста главы государства и главы церкви; обязательная принадлежность некоторых должностных лиц государ­ства к церкви; включение церковного права в систему права страны; регулирование государством вопросов внутренней структуры и управления церкви; вхожде­ние представителей церкви в состав различных госу­дарственных органов; назначение государственными органами служителей церкви; государственное финан­сирование церкви; уплата гражданами церковного на­лога; признание церковнослужителей государственны­ми служащими; выполнение церковью некоторых го­сударственных функций; беспрепятственный доступ церкви в систему образования; наличие собственной юрисдикции церкви; иногда помимо государственной церкви допускается существование других религиоз­ных организаций, чей статус отличается от статуса го­сударственной церкви. К др. подтипу К. г. относятся го­сударства, в конституциях которых может быть пре­дусмотрен государственный (официальный) статус религии или церквей, однако церковь не занимает в них такого положения как в странах Европы. Как пра­вило, это латиноамериканские страны с сильными ка­толическими традициями и влиянием католической церкви. Финансируя церкви, оказывая им всяческую поддержку и обеспечивая беспрепятственный доступ
в систему образования, государство при этом не вме­шивается во внутреннюю деятельность католической церкви, не имеет прав в вопросах назначения священ­ников. В ряде стран заключены конкордаты со Св. пре­столом (см. Папство), определяющие статус церкви и пределы государственного вмешательства в ее дела. Отношения религии (церкви) и государства не сво­дятся к подчинению церкви государству или наобо­рот. К этому же подтипу можно отнести государства, в которых государственной религией объявлен ислам: Алжир, Джибути, Египет, Марокко, Тунис и др. Ислам имеет преимущества в вопросах религиозной дея­тельности, финансирования, религиозного образова­ния, религиозной юрисдикции и т. п. В то же время в отличие от ситуации в Иране и Саудовской Аравии в этих странах наблюдается достаточно терпимое отно­шение к другим религиям, представители которых мо-гуг легально действовать в стране. В законодательстве этих стран значительное место зан имает светское, а не мусульманское право. Государство контролирует ислам­скую активность через строительство и финансирова­ние мечетей, служителей культа, назначение имамов, поскольку опасается политизации ислама. В ряде стран (Бутан, Таиланд, Шри-Ланка) патронируемой религи­ей являются буддизм и индуизм (Королевство Непал).

С. А. Мозговой

КОНФЛИКТ РЕЛИГИОЗНЫЙ — 1) конфронтация групп верующих и клира на основе религиозных мо­тивов в рамках одной церкви или религиозного объе­динения; 2) временное обострение либо состояние хронической напряженности в отношениях догмати­чески и организационно самостоятельных церковно-религиозных структур, религиозных объединений и соответствующих групп верующих, идеологически мотивируемое религиозными соображениями каждой из противостоящих сторон. В первом случае основа­ния конфронтации чрезвычайно разнообразны. В ос­нове ее могут лежать обрядовые новшества, утрата религиозного авторитета теми или иными священ­нослужителями (см. Авториторизм религиозный), кон­фликт интерпретаций некоторых положений богослу­жебной, религиозно-нравственной и даже богослов-ско-философской литературы, изменения канонически предусмотренного соподчинения в церковной иерар­хии, несогласие с политической ориентацией церков­ного руководства, честолюбивые притязания, борьба самолюбии и т. д. Иногда возникающие по указанным мотивам разногласия не получают резонанса за рамка­ми конкретной общины, подвергающейся риску рас­кола или распада. Однако нередко их инициаторы от­ражают массовое общественное недовольство; обуслов-

539

 

 

КОНФОРМИЗМ РЕЛИГИОЗНЫЙ

ленное обычно церковно-государственной и обще­ственной дискриминацией в той или иной форме, — больших социальных групп по расовым, половым, эко­номическим, этно-национальным, классовым, поли­тико-государственным, социокультурным и иным — внерелигиозным по своей сути — критериям. В этом случае раскол охватывает ряд религиозных общин; воз­никшие в результате его религиозные группы ищут возможности сотрудничества и даже объединения на основе догматическо-обрядового сходства и соображе­ний тактической целесообразности. Напротив, укло­нившиеся от этой повторной реинтеграции обречены на самоизоляцию, либо на роль вечных обличителей «неправды», т. е. религиозных диссидентов (протопоп Аввакум и другие). Периодически их деятельность ве­дет к возобновлению церковных «смут», «настроений» и к опасности новых расколов. Причины К. р. второго типа связаны с процессами экономической, геополи­тической и социокультурной экспансии (завоевания, миссионерство, прозелитизм), встречающей активное сопротивление больших групп населения, народов и государств», ставших ее объектами. В традиционных обществах религиозная мотивация консолидирует и мобилизует каждую из противостоящих сторон, низ­водит враждебность к противнику до уровня «бытово­го явления», слепого предрассудка и предубеждения («ев­реи нашего Христа распяли», «мусульмане захватили христианские святые места», «православные оскверняют мусульманские кладбища» и т. д.). При исторически сложившемся противостоянии культур и цивилиза­ций, каждую из которых освящают «свои» религиоз­ные авторитеты, даже незначительные изменения в соотношении их сил сопровождаются, как правило, оживленной религиозной агитацией вплоть до объяв­ления «священных войн», «крестовых походов» и т. д. В настоящее время эти процессы типичны для тех рай­онов земного шара, где транснациональные монополии проникают в традиционалистские уклады обществен­ной жизни и угрожают их существованию, в ситуациях противоборства сепаратизма и централизованной го­сударственной власти, а также в зонах традиционного стратегического противоборства великих держав, где религиозный фактор столетиями обеспечивал консо­лидацию коренного населения на позициях защиты традиционных ценностей.

B.C. Глаголев

КОНФОРМИЗМ РЕЛИГИОЗНЫЙ (позднелат. соп-formis — подобный, сообразный, согласный) — под­чинение религиозных взглядов, ценностей, мнений, поведения индивида взглядам, догматам, ценностям, мнениям, канонам, нормам, авторитетам, доминирую-
щим в определенной религиозной группе или в обще­стве. К. р. возникает под влиянием группового воздей­ствия; может быть внешним и внутренним. При внеш­ней конформности индивид «прячет» свои убеждения и установки и вновь обнаруживает их, когда воздей­ствие прекращается. Внутренняя конформность про­является в том, ч го навязанные извне взгляды, догма­ты, ценности, мнения, каноны, нормы продолжают быть для человека источником ориентации и после снятия группового принуждающего воздействия. В качестве стимулов К. р. выступают религиозное по­слушание, боязнь оказаться в изоляции, стремление избежать внутригруппового конфликта, желание полу­чить более высокий статус в религиозной организации и т. д. Степень конформности зависит от типа религи­озности, возраста верующих, действенности системы религиозного контроля и т. д. В противоположность К. р. нонкорфомизм (англ. non-conformist — несогла­сие) — это неподчинение религиозных взглядов, цен­ностей, поведения верующего взглядам, догматам, цен­ностям, канонам, нормам, авторитетам, господствующим в данной религиозной группе, церкви или в обществе. В Англии, напр., в 16 в. в соответствии с п а р л а м е н т с к и м «Актом о единообразии» («Act of Uniformity») требова­лась «сообразность», «соответствие» (conformity) с го­сударственной Англиканской церковью. Сторонников Англиканской церкви стали называть конформиста­ми, а нонконформистами или диссентерами (англ. dissenter — несогласный, раскольник) называли тех, кто отвергал англиканское вероучение, культ, организацию. Нонконформисты (диссентеры) подвергались пресле­дованиям со стороны Англиканской церкви и королев­ской власти, однако их деятельность дала начало ради­кальным протестантским движениям (пресвитариан, конгрегационалистов и др.)

И.Н. Яблоков

КОНФУЦИАНСТВО — сложный, исторически ме­нявшийся комплекс учений и практик, возводящих свое начало к деятельности китайского мыслителя Кон­фуция. В Китае К. вместе с даосизмом и буддизмом явля­ется с I тыс. н. э. составной частью «сань цзяо» («три учения», «три религии») — религиозного комплекса, фундирующего национальную традицию. К. получило распространение в сопредельных с Китаем странах (Ко­рея, Япония, Вьетнам и др.), оказав заметное влияние на религию, философию, этику, политическую мысль этих регионов. Возникновение и длительный период эволюции К. происходили в условиях нерасчлененно­сти многих сторон духовной культуры — религии, эти­ки, права, философии, социально-политической мыс­ли, что предопределило синкретизм традиционного К.

540

 

 

КОНФУЦИАНСТВО

Основой этой синкретической целостности выступало религиозное мировоззрение. В процессе историческо­го развития возникали ситуации,когда некоторые уче­ния и социальные практики К. обосабливались от ис­ходной целостности и получали развитие в качестве особых форм «конфуцианской этики», «конфуциан­ской философии», «конфуцианской экономики» и т. п., почти утрачивая при этом родовую связь с религиоз­ными основаниями. К. — термин западный. В Китае с древности использовалось понятие «жу-цзя» — «шко­ла ученых». Название отражало социальный состав первых последователей Конфуция — в их числе были прежде всего образованные люди, зарабатывавшие на жизнь государственной службой и своими познания­ми в области древней книжности, музыки, ритуала. Представители «жу-цзя» в условиях ослабления госу­дарства Чжоу, а затем и распада его на отдельные враж­дующие царства (эпоха Чжаньго, «Борющихся госу­дарств», 781-221 до н. э.), ослабления власти правите­лей и родовой знати, кризиса прежних институтов управления, нарастающих социальных противоречий стремились приостановить распад традиций и найти пути к мирному обустройству общества на началах справедливости и порядка. Причины бед они видели в отказе от старины, от прежнего ритуального благочи­ния, на котором, как о н и полагали, держались правиль­ная религиозная жизнь, гуманные общественные от­ношения и личные добродетели. Деятельность Конфу­ция — начальный этап развития «школы ученых», идейную основу которой составляли устные наставле­ния «Учителя Куна»,а также — древние тексты «И цзин», «Шу цзин», «Ши цзин» и комментарии к ним Конфу­ция. Первый этап характеризовался стремлением над­строить над фундаментом древнего религиозного ми­росозерцания и культовой практики этическую докт­рину, облагородив с ее п о м о щ ь ю личность и общество. Ключевыми понятиями этой доктрины выступали ка­тегории «жэнь» («человеколюбие»,«гуманность»), «ли» («ритуал») и «цзюнь-цзы» («благородный муж»). Ста­тусом высшего священного начала в учении Конфу­ция обладало Небо — обожествленная надмирная сущ­ность, объект религиозного почитания древних китай­цев (см. Китайцев древних религия). Конфуцием и его последователями в качестве священных данностей были конституированы также некоторые «посюсторон­ние» явления — народ, семейные традиции, ритуал, этические добродетели и др. После смерти Конфуция '479 до н. э.) его ученики письменно фиксируют про­поведи учителя и канонизируют их в трактате «Лунь юй» («Суждения и беседы»). На основе разных толко­ваний речей основоположника складываются первые течения «жу-цзя»; к 3 в. до н. э. их насчитывалось более

восьми. В среде «жу-цзя» формируются новые аспек­ты К. и авторитетные тексты, в числе которых — «Чжун юн» («Учение о серединном и постоянном», «Следова­ние середине»). Традиция приписывает авторство это­го текста Цзы Сы (483-402 до н. э.), внуку Конфуция, хотя скорее всего текст был создан в кон. 3 в. до н. э. «Чжун юн» начал оформлять космогонию К.,согласно которой существует некое соотнесенное с дао первона­чало — «середина» («чжун»), именно она упорядочи­вает мироздание, Небо и Землю, вносит в мир гармо­нию. Следование «середине» — идеал индивидуально­го поведения и государственного управления. Этот идеал неразрывно связан с присутствием в человеке, мире, обществе особого качества — «искренности» («чэн»), которое, в сущности, есть «дао Неба». Человек, достигший «совершенной искренности» («чжи чэн»), составляет с Небом и Землей троицу (Небо-Земля-Че­ловек), которая созидает, взращивает и уопорядочива-ет все мироздание. Мудрец, носитель «совершенной искренности», обладает не только магической миро-устроительной силой, но и сверхчеловеческой способ­ностью обо всем «знать заранее», прозревать будущее. В «Чжун юн» акцентировано значение ритуала жерт­воприношения и культа предков. Крупнейшей фигурой периода, последовавшего за смертью Конфуция, явля­ется Мэн-цзы («Учитель Мэн», Мэн Кэ, 372-289 до н. э.), обучавшийся в молодости у Цзы Сы. Мэн-цзы развил этические аспекты учения Конфуция, дополнив их философскими, политическими и экономическими учениями. Мэн-цзы утверждал, что Небо от рождения наделяет людей «добротой» как неотъемлемым каче­ством человеческой природы, которое выражено в че­тырех свойствах — «жэнь» («человеколюбие»), «ли» («благопристойность», «церемонность», «ритуал»), «чжи» («мудрость»), «и» («долг», «справедливость»). В обществе, согласно Мэн-цзы, высшей ценностью является народ, далее следуют духи земли и злаков, «а правитель дешевле всего»; если он не угоден народу, народ может его свергнуть. Такой порядок уг оден Небу как верховной нравственной и мироустроительной инстанции. Экономическая программа Мэн-цзы, опи­равшаяся на принцип «середины», заключалась в спра­ведливом распределении земли между крестьянами, снижении налогов, умеренности потребления и ряде других мер. После смерти Мэн-цзы его последователи на основе речей наставника составили текст «Мэн-цзы», одно из авторитетнейших сочинений К. Позднее Мэн-цзы был канонизирован как «Второй совершен-номудрый»; в конфуцианских храмах рядом с изобра­жением Конфуция находятся культовое изображение Мэн-цзы и табличка с его именем. Видным оппонентом Мэн-цзы был Сюнь-цзы (Сюнь Куан, 313-238 до н. э.).

541

 

 

КОНФУЦИАНСТВО

Сюнь-цзы отрицал учение о «доброй» природе челове­ка, считая эту природу изначально «злой». Он поставил под сомнение сакральную сущность Неба и миро-устроительную функцию «воли Неба». Порядок в мире определяется, согласно Сюнь-цзы, «совершенными му­жами» («цзюнь-цзы») и совершенными правителями. В 4-3 вв. до н. э. школы К. вступали в острую полемику с другими течениями кит. мысли (прежде всего — с ле-гизмом и моизмом), заимствуя при этом некоторые идеи у своих противников. Время от начала деятельности Конфуция до кон. 3 в. до н. э. — эпоха раннего К. Она завершается в года правления императора Цинь Ши-хуана (221-210 до н. э) жестокими гонениями на К., казнями 460 конфуцианцев и сожжением в 213 до н. э. авторитетных конфуцианских книг. Императору, созда­вавшему авторитарное государство, казались слишком либеральными конфуцианские идеи народа как глаша­тая «воли Неба», упор на нравственность и ритуал, а не на администрирование. В период Хань (206 до н. э. — 220 н. э.) К. не только восстанавливает свое положение одного из главных религиозно-философских течений, но и превращается в официальную идеологию Хань-ского государства. В ханьском К. существенно трансфор­мируются некоторые стороны раннего К. Прежде всего предельно усиливается вера в мироустроительную роль правителя, «сына Неба». Правителю, священной и обо­жествленной персоне, приписывается обладание вели­кой магической силой, которая позволяет ему поддер­живать вместе с Небом и Землей порядок в природе и обществе. Высокий статус правителя предопределялся «волей Неба», при этом, согласно конфуцианской идее власти, Небо оказывает доверие своему избраннику на основании его личных качеств, высочайших нрав­ственных достоинств. Истинный правитель, согласно К., обладает великими добродетелями, которые откры­вают ему доступ к в ы ш н и м силам — Небу, Земле, пред­кам, духам. Смысл деятельности правителя состоит в поддержании правильных, «искренних» отношений с этими силами; ответное благорасположение Неба, Зем­ли, предков и духов гарантирует порядок в обществе и мире. Важнейшим средством поддержания правиль­ных отношений являются жертвоприношения, кото­рые обязан совершать правитель. В конфуцианской мо­дели государства религиозный статус и культовая дея­тельность правителя выступали основой практики государственного управления, и наоборот, суть управле­ния государственной жизнью сводилась к присут­ствию на престоле праведного государя — носителя ма­гических сил и доверия Неба, который обеспечивает общественное благополучие посредством правильно организованного ритуала. В Ханьской империи конт­роль государя над огромным государством требовал со-
вершенствования бюрократического аппарата. Хань-ское К. усиливает в древнем идеале <цзюнь-пзы — «благородного мужа», ставящего превыше всего благо народа, идею служения государю, постепенно транс­формируя образ «цзюнь-цзы» в образ идеального чи­новника. Согласно конфуцианской концепции государ­ства, вышние мироустроительныесилы порождают не только персону правителя, но и предопределяют появ­ление людей, необходимых для реализации власти «сына Неба»; их призвание — быть сановниками. От самого рождения такие личности предуготовлены вышними силами к государственной стезе, поэтом) смысл их жизни — раскрыть в службе заложенные в них таланты и соответствовать в нравственном плане своему высокому предназначению. Этим людям госу­дарь передоверяет часть своих административных и религиозных функций. Государственная служба, вы­свеченная сквозь призму идеи следования воле боже­ственного Неба, приобретала религиозное измерение и превращалась в религиозное призвание. Со време­нем пантеон К. пополнялся образами богов, культ ко­торых возник вследствие деификации прославивших­ся на поприще государственной службы людей. К числу таких богов принадлежит чрезвычайно попу­лярный в Китае бог Гуань-ди, имевший в качестве сво­его прототипа Гуань Юя (160-219) — военачальника, служившего верой и правдой правителю Лю Бэю. Ки­тайские императоры в 12 в. учредили официальный культ Гуань Юя, с жертвоприношениями и специаль-н ы м и храмами. В 19 в. было 1600 государственных хра­мов Гуань-ди. Заложенное в конфуцанской концепции государственной службы сильное провиденциальное начало укрепляло верноподданнические чувства и сти­мулировало служебное рвение. Однако оно могло обо­рачиваться и иной стороной. Конфуцианский чинов1 ник, осознающий свое высокое предназначение и со­блюдающий чистоту своих нравственных принципов, имел внутренние основания для ухода со службы и даже для противодействия правителю, если, по его мнению, правитель или вышестоящие сановники нарушали уста­новленный Небом порядок правления. Отказ от слу­жбы тем, кто попирает священный порядок, становил­ся выражением религиозного протеста. В таких случа­ях бывшие чиновники нередко прибегали к активным формам борьбы, примыкали к восставшему народу или становились «благородными разбойниками». Однако нормативной для К. формой протеста был демонстра­тивный отказ от должности с последующим отъездом в деревенскую глушь, в горы или леса для свободного времяпрепровождения в обществе таких же «благород­ных мужей», отринувших безнравственную службу, или в полном одиночестве. Такой тип поведения обусловил

542

 

 

КОНФУЦИАНСТВО

появление отшельничества. Конфуцианское отшель­ничество не предполагало аскетических самоограни­чений. Напротив, оно трактовалось как свобода от хан­жеских норм официальной «правильности», как сле­дование естественности, «ветру и потоку» («фэн лю»). Поэтому образ жизни отшельников допускал празд­ность, винопитие, сочетавшиеся с занятиями изящны­ми искусствами — поэзией, каллиграфией, живописью. А образ мысли допускал свободу духовного поиска, который зачастую приводи;! к сип ι езу конфуцианских идей с даосскими или буддийскими. Из среды таких отшельников вышло много незаурядных мыслителей, сочетавших в своем мировоззрении К. и даосизм, — напр., Жуань Цзи (210-263), а также выдающихся ху­дожников и поэтов, среди которых — Се Льнъюнь (385-433), Тао Юаньмин (365-427). Бюрократии по­мимо административных обязанностей вменялось от­правление религиозных церемоний. Чиновники, от­правляющие установленные государством публичные молитвы и жертвоприношения, совмещали в своей деятельности административные и жреческие функ­ции. К. задавало особую перспективу участию чинов­ников в государственных делах вообще и особенно в государственных ритуалах — в своей важнейшей про­екции они направлены на обеспечение гармонии кос­моса. Т. обр., ханьское К. идеологически обосновало и закрепило симбиоз государственных и религиозных институтов. Связующей силой этого симбиоза явля­лось ритуально-этическое начало — «ли». Ритуально-этическое измерение жизни, значение которого и преж­де было велико, а вханьском К. становится важнейшей сферой человеческого бытия. Для унификации правил «ли» вХаньскую эпоху проводится огромная работа по сбору и систематизации древних уложений о «ли», вен­цом которой стало появление текста «Ли цзи» («Запи­си о ритуале»). Его составление было завершено круп­ным конфуцианским мыслителем Дай Шэном (2-1 вв. до н. э.), который свел в единую книгу древние автори­тетные рассуждения о нормах благопристойного по­ведения. В это собрание отдельной главой вошел текст «Чжун юн», а также некоторые другие записи, автор­ство которых приписывалось ученикам Конфуция. «Ли цзи» вскрывал религиозный, философский, этический смысл обрядового поведения, которое, как утвержда­лось, было учреждено в глубокой древности «совершен-номудрыми». Текст содержал также подробное изло­жение обязательных церемониальных действий, охва­тывавших практически все стороны человеческой жизни: поведение детей по отношению к родителям, почитание старших по возрасту или по должности, манеру держаться в той или иной обстановке (за сто­лом, в гостях, в траурные сроки и т. д.). Подробные пред-

писания регулируют порядок обращения с жертвен­ной пищей, поведение в храме, гадательную практику, контакты с духами и предками. Безусловным идеалом провозглашается «сяо» («сыновняя почтительность»), задающая образец не только праведного семейного поведения, но и отношения младших по должности к старшим, подданных — к государю. Правильное ис­полнение «ли» на всех уровнях человеческого поведе­ния ведет, согласно «Ли цзи», к гармонизации отноше­ний внутри семьи, общества, государства, а также к гар­монизации всего мироздания. Ритуально-этические нормы возведены текстом «Ли цзи» в статус важней­ших космологических начал — утверждается, что без «ли» не обретают силу «Дао», «дэ», «жэнь», «и». Наряду с «Ли цзи» в ханьском К. широкое хождение имели дру­гие авторитетные тексты, посвященные «ли», среди ко­торых наиболее почитаемыми были «И ли» («Образ­цовые ритуалы») и «Чжоу ли» («Чжоуские ритуалы»). Вместе «Ли цзи», «И ли» и «Чжоу ли» составили «Сань ли» («Три канона ритуально-этических норм») и были утверждены в качестве незыблемого фундамента ри­туально-этической практики К. Ритуализм, опираю­щийся на унифицированные, детально проработан­ные этико-церемониальные нормы и охватывающий все стороны жизни, становится с тех времен отличи­тельной чертой К. Большинство этих норм выходило за рамки собственно культовой деятельности и имело светскую форму выражения (напр., манера ходить, сто­ять, одеваться, подносить подарки и др.), однако каж­дая из норм занимала отведенное ей место в общей системе «ли» и вместе с другими элементами «ли» была вписана в религиозную картину мира, где выполняла религиозную функцию — поддерживать «Дао» и «дэ», гармонизировать мироздание. Для тщательного на­блюдения за надлежащим исполнением норм конфу­цианского ритуализма в традиционном Китае было учреждено и на протяжении многих веков действова­ло Министерство ритуалов («Ли бу»). Превращение К. в основу основ государственной жизни требовало даль­нейшего упорядочения и кодификации авторитетных текстов. При императоре У-ди в 136 до н. э. учреждает­ся «У цзин» («Пятиканоние») — порпус высокочтимых сочинений, в который наряду с «Ли цзи» были включе­ны более древние тексты — «И цзин», «Шу цзин», «Чунь цю». Ханьская концепция государства, человека и об­щества была обоснована в трудах Дун Чжуншу (179-104 до н. э.), корифея ханьского К. В своем учении он попытался создать синтез не только воззрений пред­шественников-конфуцианцев, но и идей соперников К. —легизма, моизма. «Конфуций эпохи Хань», как его называли, внес большой вклад в развитие конфуциан­ской картины мира. Дун Чжуншу фундировал представ-

543

 

 

КОНФУЦИАНСТВО

пения о мире натурфилософией, в которой большую роль играли даосские идеи — об «Ян» и «инь», «у син» («пяти элементах»), а также древнекит. Нумерология. Обращение Дун Чжуншу к космологическим представ­лениям о круговращении, «взаимопереходе» пяти эле­ментов (вода, огонь, металл, дерево, почва), которые своим положением в мире, взаимными комбинация­ми определяют ход бытия, шло в русле усиления в хань-ском обществе интереса к мантике. Падение империи Хань сопровождалось идейным кризисом и поиском на основе древней традиции новых духовных устоев. Появляются новые комментарии на классические кон­фуцианские сочинения. Наиболее ярким выражением трансформации конфуцианских умонастроений стала школа «сюань сюэ» («учение о сокровенном»), развив­шаяся в 3-4 вв., в рамках которой углубился синтез К. и даосизма. Хотя мыслители этой школы тяготели к да­осскому миропониманию, они не отрицали важнейшие этико-политические доктрины К. и ставили Конфуция и его учение выше воззрений даосских учителей. Скла­дывавшиеся в рамках конфуцианско-даосского синк­ретизма учения столкнулись в послеханьский период с появившимся в религиозной жизни Китая сильным соперником — буддизмом. К. заняло негативную пози­цию по отношению к чужеземной религии, ее онтоло­гии и сотериологии. Особую враждебность К. испыты­вало к монашеской практике буддизма, усматривая в ней вопиющее нарушение высшего конфуцианского императива «сяо», «сыновней почтительности». В по-слеханьский период завершается формирование основ конфуцианского образования. Конфуцианское об­разование, требовавшее прежде всего досконального изучения и заучивания канонических текстов, было направлено на обеспечение государственных интере­сов, в первую очередь — посредством подготовки и отбора образованных чиновников. Оно предполагало многоступенчатую систему экзаменов, открывавших доступ к очередным должностям — вплоть до самых высоких. В 738 было учреждено главное звено конфу­цианского образования — Ханьлиньская академия, просуществовавшая до 1911. В ее задачи помимо под­готовки бюрократической элиты, проведения экзаме­нов входила образовательная и научная деятельность, подготовка императорских указов, цензура и осуще­ствление иных мер в области государственного управ­ления духовной жизнью общества. Свойственные К. уважение к старине, почитание древних канонов, кон­серватизм не препятствовали эволюции учения. Отве­том на новые исторические условия, полемику с буд­дизмом стало появление в 11 в. неоконфуцианства. Даль­нейшее уопрядочение авторитетных книг привело к появлению в дополнение к «У цзин» еще одного кор-
пуса текстов — «Сы шу» ( Четверокнижие» в кото­рый вошли крупнейшие сочинения К. — «Дасюо» («Ве­ликое учение»), "Чжун юн», «Лунь н > и » и «Мэн цзы . Окончательно упорядочение корпуса канонических сочинений было завершено к 13 в учреждением пол­ного свода классической конфуцианской литературы — «Ши Сань цзин» («Тринадцатиканоние* I. Вплоть до Синьхайской революции 1911-1913;, свергнувшей императорскую власть, К. оставалось государственным институтом, в огромной степени определеявшим иде­ологическую, церемониальную и иные стороны пуб­личной жизни. При этом К. существовало в обществе как многомерный феномен — с одной стороны, оно выступало государственной религиозной идеологией и практикой, с другой — системой семейных религи­озно-этических ценностей, норм. В кон. 19 — нач. 20 в. в связи с попытками реформировать ки г. общество в стране развернулась острая дискуссия по повод ν рели­гиозной природы К., его исторической роли и места в общественной жизни. Приход в 1949 к власти КОММУ­НИСТОВ, революционные идейно-политические преоб­разования резко снизили общественно-политический статус К. в КНР, не п о д о р в а в , однако, п о з и ц и й К. в осно­вополагающей для китайцев сфере семейных тради­ций. В 1972 в ходе внутрипартийной борьбы и вслед­ствие кризисных явлений в общественной жизни Мао Цзэдуном и его сторонниками была развернута поли­тическая кампания «критики Линь Бяо и Конфуция» (Линь Бяо до 1971 — официальный преемник Мао, маршал, министр обороны, заместитель председателя ЦК КПК). В ходе кампании Конфуцию и К. были вме­нены в вину консервативность и «реакционность», ко­торые будто бы оказали негативное влияние на исто­рию и современное состояние Китая. К. было поставле­но в прямую связь с рабовладельческой идеологией. На' К. перекладывалась ответственность за отставание в общественном развитии. При этом веяееки превозно­силась идеология и практика древних противников К. — легистов и императора Цинь Шихуана, проводив­ших будто бы прогрессивные реформы. После смерти Мао Цзэдуна кампания была свернута и многие ее сто­роны признаны «крайностью». С нач. 1980-х гг. с при­ходом к власти Дэн Сяопина и сменой политического курса образ Конфуция и К. были вновь вовлечены в дискуссии о путях исторического развития Китая, рос­те экономики и благосостояния населения. Во главу угла был поставлен развитиый в конфуцианских сочи­нениях принцип «сяо канн» («общество малого благо­денствия», «общество средней зажиточности»). Соглас­но которому общество должно избегать крайностей бедности и расточительности. Целью реформ является общество «сяо кан», в котором преобладающее место

544

 

 

КОНФУЦИЙ

занимает средний класс. В построении такой социаль­ной модели современные кит. реформаторы видят одну из важнейших целей создания «социализма с кит. спецификой». В сопредельных с КНР странах, исто­рически связанных с К. (Юж. Корея, Япония, Тайвань, Сингапур и др.), конфуцианские идеи также широко используются в политических программах, социально-экономических моделях, что дает основания многим политическим лидерам этих стран говорить об успе­шном строительстве «конфуцианского капитализма». В нынешнем Китае повсеместно действуют «храмы Конфуция» («Кун мяо», юс иное название — «храмы культуры», «вэнь мяо»), конфуцианские организации : (напр., Фонд Конфуция, Международная Конфуциан­ская Ассоциация и др.). В соседних странах также су­ществуют влиятельные конфуцианские организации : (напр., на Тайване — фонд «Конфуций — Мэн-цзы»). В России существует Русский Конфуцианский фонд, входящий в Международную Конфуцианскую ассоци­ацию. Деятельность этой организации направлена ι прежде всего на исследование К., развитие научных, ι культурных связей со странами конфуцианской куль-I туры. Несмотря на значительные трансформации тра-! диционных обществ Дальнего Востока и Юго-Вост. Азии К. сумело не потерять уважение народа и при под­держке мощных политических и общественных сил активно наращивает в нач. 21 в. свой потенциал в каче­стве азиатского ответа на «зап.» модель общественной жизни. В современных условиях К. играет роль систе­мообразующего начала «конфуцианской цивилиза­ции», противостоящей в геополитическом масштабе христианской цивилизации», «исламской цивилиза­ции» и иным религиозно обусловленным цивилиза-ционным типам.

А.П. Забияко

КОНФУЦИЙ (латинизированная форма кит. имени Кун-фу-цзы, Кун-цзы, «Учитель Кун», Кун Цю, Кун Чжунни; 551-479 до н. э.) — великий китайский мыс­литель, внесший огромный вклад в китайскую филосо­фию, этику, политическую мысль и определивший сво­ей личностью нормативные китайские представления о совершенном человеке; основоположник конфуциан­ства. К. родился в царстве Лу в аристократической, но обедневшей семье, принадлежащей к роду Кун. Его отец, военачальник Шулян Хэ, на склоне лет, в возрасте ок. 65 лет, женился третьим браком на шестнадцатилетней де-в\лике Янь Чжэнцзай, чтобы обрести сына. Согласно ки­тайской традиции, младенец, которого нарекли именем Цю, от рождения имел явный признак великой судь­бы — теменную вмятину, а его появлению на свет со-i путствовали разные чудесные знамения. Когда К. было

около трех лет, отец умер, мать была вынуждена воспи­тывать ребенка при очень малом достатке. В дегстве К. был приучен к тяжелому труду. При этом уже с малого возраста он отличался любовью к знаниям и ритуалам (предания гласят, что мальчик К. вместо обычных дет­ских шалостей предпочитал разыгрывать обряды, свя­занные с культом предков). Благодаря упорному труду К. в юности смог в совершенстве освоить необходимые для продвижения по службе «шесть искусств» — отправ­ление ритуалов, музыку, стрельбу из лука, управление колесницей, каллиграфию и арифметику. В возрасте около 20 лет К. начал служебную карьеру с небольших должностей смотрителя хлебных амбаров, управляю­щего стадами, служителя храма. В это время царство Лу, как и др. государства Китая, переживало период кризиса институтов управления, раздоров. В 30 лет К., не достигнув больших успехов, оставил службу и за­нялся преподаванием всем желающим («за связку су­шеного мяса») тех «искусств», которые он освоил преж­де, и тех выношенных им самостоятельно знаний, ко­торые, как он полагал, должны вернуть обществу утраченные добродетели. К. высоко чтил древние об­щественные устои и правила управления, которые он знал по полумифическим, полудостоверным предани­ям. К. исходил из того, что н у ж н о твердо держаться тра­диционного религиозного мировоззрения, запечатлен­ного в древних текстах (см. «И цзин», «У цзин»), и следо­вать древним ритуалам — прежде всего почитания предков и Неба (см. Китайцев древних религия). Опира­ясь на древнее наследие, в нем следует акцентировать этические нормы, в первую очередь — правила, регу­лирующие отношения старших и младших, правителя и подданных. Центральным понятием своей этики К. определил «жэнь» («гуманность», «человечность»), «Жэнь» должна органично сочетаться в человеке с «ли» («ритуал», «правила благопристойности») и «вэнь» («культура», «образованность»). К. призывал учеников вопреки жестоким и изменчивым обстоятельствам жизни культивировать эти качества. Идеалом челове­ка К. объявил «цзюнь-цзы» («благородный муж») — личность, воплотившую во всей полноте гуманность, ритуализм и образованность. «Цзюнь-цзы» блюдет ритуально-этические принципы не только в личной жизни, но и неукоснительно претворяет их в служеб­ной деятельности на благо народа и во славу правите­ля. Свое учение К. излагал устно. Он принципиально не писал собственных сочинений, утверждая, что его удел — редактирование и комментирование древних книг. Утвердившись в воззрениях и воспитав плеяду учеников, К. в 50 лет предпринял в родном царстве по­пытку через возвращение к государственной службе реализовать свои идеи управления на началах «жэнь».

545

 

 

КОПЕРНИК

Fro иллюзии быстро рассеялись, и он отправился в поездку по др. царствам в надежде найти правителя, чуткого к его идеям. Это безуспешное странствие про­должалось 13 лет, после чего К. вернулся на родину. Остаток жизни К. провел в кругу учеников. После смер­ти К. его ученики письменно фиксируют проповеди учи­теля и канонизируют их в трактате «Лунь юй» («Сужде­ния и беседы»). Почтительное отношение к К. посте­пенно в кругу его последователей стало превращаться в культ, обрастать легендами и мифическими подроб­ностями. В конфуцианстве К. был деифицирован (см. Деификация) и наделен чудесными способностя­ми. На родине К. и повсеместно в Китае существуют храмы К. («Кун мяо»). В настоящее время в «Кун мяо» отправляются священнодействия в честь К. (особенно в день его рождения 22 сент.), а также индивидуаль­ные ритуалы, призванные обеспечить успехи в учебе, служебной карьере. Образ и идеи К. в современном Китае занимают видное место в общественной жизни и политических программах.

А.П. Забияко

КОПЕРНИК (Kopernik, латинизированное Copernicus) Николай (1473-1543) — польский астроном, создатель гелиоцентрической концепции Вселенной. Докоперни-ковская астрономия утверждала центральное положе­ние во Вселенной Земли и ее неподвижность. Миро­воззренческим основанием этих взглядов служило представление о том, что мир создан Богом для челове­ка, человек занимает центральное место и в простран­стве Вселенной. К. не во всем порывает с прежней аст­рономией: его мир остается замкнутым,это еще не бес­конечная Вселенная Д. Бруно или Б. Паскаля, круговое движение продолжает рассматриваться в качестве ес­тественного и совершенного. Более того, у К. еще не сформировалось ясной идеи движения планет по ор­битам, речь идет все еще о движении сфер, на что ука­зывает и само название его груда — «Об обращениях небесных сфер». И все же ключевое положение новой концепции, заключающееся в том, что не Земля, а Солн­це рассматривается в качестве центра сотворенного Богом мира, означало переход к принципиально иной астрономии и начало процесса перестройки всей кар­тины мира. Развернувшиеся вокруг теории К. споры касались прежде всего вопроса о том, является ли его гипотеза лишь «инструментальной», т. е. позволяю­щей легче осуществлять вычисления, либо «реалис­тичной», т. е. претендующей на истинность (из круп­ных астрономов кон. 16 в. лишь Т. Браге не принял ее принципиально). Редактор труда К. (который был про­тестантским теологом) без разрешения автора дал в предисловии «инструментальную» интерпретацию.
В соответствии с ней первоначально большинство уче­ных приняли лишь математическое, ио не физическое содержание теории. Однако сам К., находившийся пол влиянием неоплатонизма, рассматривал математиче­ские свойства как важнейшие характеристики pea ть-ных объектов и был ориентирован па реалистическое понимание гелиоцентризма, что длительное время и удерживало его от публикации результатов исследова­ний, которые, как он сознавал, находятся в противоре­чии со Священным Писанием.

Соч.: О вращениях небесных сфер. М., 1981.

В. И. Коротких

КОПТСКАЯ ЦЕРКОВЬ — христианская монофи л т-ская церковь, последователи которой проживают на территории современного Египта. К кон. 3 в. большая часть египтян перешла в христианство, а к кон. 4 в. численность коптских христиан достигла 1 млн. Общ­ность языка, территории, культурного наследия спла­чивали коптов вокруг церкви в единую этноконфесси-ональную группу еще со времен гонений. Основание своей церкви они возводят к евангелисту Марку, при­нявшему мученическую кончину в Александрии (63). Впоследствии Александрия быстро стала одним из ве­дущих богословских центров христианского Востока. Египет стал родиной монофизитства. Дробление на множество фракций оказалось отличительной чертой александрийских монофизитов. За время между IV и VI Вселенскими соборами от основной монофизитскон ветви отпочковалось более десятка догматических и политических толков. Полемика с Антиохийской шко­лой богословов окончилась победой Кирилла Александ­рийского (ум. 444.) на Эфесском Вселенском соборе (431) ианафематствованием Нестория (ум. ок. 452). Ре­шения Халкидонского Вселенского собора (431) коп­тами не были приняты, и они основали собственную иерархию во главе с патриархом. С 5 в. по 9 в. резиден­цией православных патриархов была Александрия, а коптских — монастырь Св. Макария. Ни в 6 в., ни ра­нее копты не считали себя еретиками. Византийский император Иустин II, желая прекратить догматические споры, потребовал от коптов повиновения ортодоксаль­ной церкви. По просьбе яковитского патриарха Павла Антиохийского (см. Яковитская церковь) было реше­но предложить коптам вернуться к совместному испо­веданию веры по формуле 433, выработанной Кирил­лом Александрийским и Иоанном I Антиохийским: «...исповедуем одну воплотившуюся природу Бога Сло­ва с телом, одухотворенным душой... 11 снова прини­мая различие природ, говорим, что их две, не вводя никакого разделения, ибо в Нем и та и другая...». Импе­ратор Тиверий (578-582) прекратил давление на коп-

546